Начало войны

Война застала семью Павла Рубинчика врасплох. К ее началу тринадцатилетний Павел находился в пионерском лагере под Минском. Мать Павла поехала на отдых в Ессентуки, а отец был в командировке в Ленинграде. Павел Маркович детально вспоминает первые дни войны: "22 июня 1941 года ничто не нарушало нашего ритма жизни, но удивило, что с вечера 22-го и утром 23-го июня исчез из лагеря весь персонал мужского пола. Ночью за моим школьным другом Леонидом на правительственной машине "ЗИС-101 приехала его мать – забрать в пионерлагерь "Артек". Лёня был сыном наркома строительства БССР. [...] 24 июня мы увидели множество самолетов с крестами на крыльях, а также странные людские потоки на дорогах и беспорядочное передвижение советских войск в разных направлениях. Во второй половине дня нас собрали в столовой, и начальница лагеря объявила о начале войны с фашистской Германией и о том, что наши победоносные войска уже под Варшавой. Ребята моего возраста кричали "Ура!", а девочки старшего возраста, у которых отцы служили на границе, даже прослезились. Рано утром 25 июня появились беженцы: это были родители. Они забирали своих детей и уходили в сторону шоссейной дороги Минск-Москва". http://interlibrary.narod.ru/GenCat/GenCat.Scient.Dep/GenCatHisdoc/Bookalive/9020000093/9020000093.htm Павлу Рубинчику повезло, его забрали родители школьного друга Петра Голомба. Все вместе они выдвинулись в сторону Москвы. Об этом походе Павел вспоминает так: "Дорога была полна толпами беженцев. Обессилев, они бросали свои вещи. Идущие сзади перешагивали через чемоданы и тюки и плелись дальше. На шоссе раздались пулемётные очереди. Толпа в ужасе бросалась в разные стороны. Когда самолёты улетели, на обочинах осталось множество убитых. Это были первые увиденные мною мёртвые мужчины, женщины, дети". (Крапина М.И., Курдадзе Т.С., Мураховский Я.М., Рейзман Ф.В., Трахтенберг В.Л.: Мы помним! Миру помнить завещаем…, Минск 2012, с. 97) Вскоре беженцам перерезали дорогу немецкие войска, и Павел Рубинчик вместе с семьёй своего друга 27 июня был вынужден вернулся в Минск. Город ещё не был оккупирован, но многие дома в нем были разрушены, в том числе и родительский дом Павла Рубинчика. Приют себе он нашел у родственников своей матери.

После приказа немецкой комендатуры о переселении в гетто, Павел вместе с бабушкой и дедушкой перебрались в местечко Острошицкий городок, в надежде, что там будет спокойнее, однако, прожили там не долго. Когда стало известно, что происходило с евреями в соседних населенных пунктах, Павел вернулся в Минск, ожидая, что в большом городе не будет массовых уничтожений евреев. Родственники спрятали его в подвале, а затем отдали под новой фамилий Матусевич в русский детдом в пригороде Минска Ждановичи. Долго он там, однако, не пробыл, так как вскоре выяснилось, что он еврей и его отправили в геттовский детдом.

http://interlibrary.narod.ru/GenCat/GenCat.Scient.Dep/GenCatHisdoc/Bookalive/9020000093/9020000093.htm

Жизнь в гетто

Детдом в гетто запомнился Павлу страшным холодом, голодом и невыносимым зловонием. Там, он по приказу отвозил умерших детей  на териитории гетто на еврейское кладбище. Однажды, в начале ноября Павел Рубинчик, возвращаясь с кладбища, увидел, что весь район, в котором находился детдом, окружён. Он убежал к друзьям своей семьи, Деулеям. В доме он застал только самого Григория Деулея, жену и детей Григорий своевременно отправил в другой район, надеясь, что там будет спокойнее. В погроме 7 ноября Павел не пострадал благодаря тому, что у Григория Деулея было удостоверение специалиста, и он выдал Павла за своего сына.

В дальнейшем Павел Рубинчик много раз становился свидетелем различных карательных акций в гетто в результате которых территория его постоянно сокращалось. В одной из таких акций, в конце августа Павел попал в облаву. Пойманных вывезли на территорию производства по ремонту орудий и стрелкового оружия "Гевер-Вафенверкштадт", разместив в бараках за колючей проволокой. Павел занимался уборкой, а также разборкой винтовок на детали. Там же от своего надзирателя Павел получал котелки, которые необходимо было чистить. Остатки пищи в них помогали ему выжить от голодной смерти. Вскоре всех работников стали привозить в гетто, и в один такой приезд, Павел встретил сына Григория Деулея – Эммануила. Узнав, где работает Павел, он предложил сотрудничать с подпольщиками и сразу дал задание: раздобыть запчасти для оружия, а также обрез или пистолет для себя. За несколько месяцев Павел, рискуя жизнью, выполнил задание. В конце августа 1943 Эммануил предупредил Павла о скорой возможности побега из гетто с помощью проводника.

Уход в партизаны

Ожидая побега, Павел Рубинчик уже не ходил на работу, скрывался в сгоревших домах. Дождавшись проводницу, он вместе с другими беглецами покинул гетто. По дороге, однако, беглецы были обнаружены. Почти все погибли. Павел, со своим одногодком Лёней Фридманом успел спрятаться в лесу. Оставшись без проводника, они решили вернуться в гетто и повторить попытку бегства вскоре снова. Так и сделали, через пару дней с рабочей колонной покинули гетто и двинулись к большому селу, где предположительно находилась партизанская зона. Через трое суток голодного скитания, потеряв своего приятеля, Павел Рубинчик нашел партизан, которые направили Павла в еврейский партизанский отряд Шолома Зорина. Там для Павла начались партизанские будни, включающие в себя сооружение землянок, поиск боеприпасов и оружия, разрушение немецких коммуникаций и т.д.

Освобождение и послевоенная жизнь

13 июля 1944 года наступило долгожданное освобождение, воинские машины доставили членов партизанского отряда имени Зорина в Минск. Там Павел Рубинчик встретил родственников, которые сообщили ему, что его родители живы и, что они живут в Зеленодольске под Казанью. Шестнадцатилетний Павел оформил демобилизацию и отправился в сентябре 1944 года к своим родителям. Родные были изумлены приездом Павла, ведь они считали его погибшим. О своей встрече с родителями Павел Маркович Рубинчик вспоминает так: "Подъезжая к железнодорожному вокзалу в Казани, из окна вагона я увидел ожидающего отца и с ним группу сотрудников по совместной заводской работе. После почти четырехлетней необычной разлуки с родителями – встреча была трудно описуемой и не обошлась без валериановых капель, особенно после краткого рассказа о прожитых днях в гетто и гибели родных и знакомых". http://interlibrary.narod.ru/GenCat/GenCat.Scient.Dep/GenCatHisdoc/Bookalive/9020000093/9020000093.htm

Позже Павел учился в дневной и вечерней школе, закончил техникум и механический факультет Ленинградской лесотехнической академии.

Составлено сотрудниками Исторической мастерской