Адель Хоффнунг, урож. Кжещны

* 3 апреля 1880 г. в Лаутенберге/Западная Пруссия

Адель Гаппе, урож. Хоффнунг

* 3 июля 1901 г. в Берлине

Рут Гаппе

* 4 октября 1928 г. в Бреслау

Браунен-Вег 41, Берлин- Фридрихсхайн

За свое прилежание и примерное поведение 13-летняя Адель Хоффнунг получила 30 марта 1914 года книгу Роберта Хиршфельда »Розы Шарона« - сборник рассказов и стихов для еврейской молодежи. Адель ходила тогда в 3-й »Б« класс пятой региональной школы еврейской общины в Берлине. Её директор школы раввин д-р Мальвин Варшауэр и классный руководитель г-н Трауэнберг вручили ей поощрительную зеленую ленточку.

Возможно, и её обе дочери Ильза (* 26. 9. 1924) и Рут (* 4. 10. 1928) тоже могли бы получить такой знак отличия за прилежание и успехи в учебе и поведении. Но им пришлось оставить школу в Швейднице из-за преследований со стороны национал-социалистов. Поздней продолжить обучение они не смогли. Как и их мать, девочек депортировали, и они погибли.

Адель Хоффнунг родилась 3 июля 1901 года в Берлине в семье Самуила (* 3. 7. 1870) и Доротеи Хоффнунг (* 23. 4. 1872), урожденной Тишлер. Отец занимался торговлей. Адель была вторым ребенком в семье. Кроме неё было еще три сестры: Йохана (* 14. 4. 1900), Роза (* 26. 6. 1902) и Шарлотта (* 2. 10. 1907), в семье её называли Лоттой. Они все родились в Берлине.

До того, как Адель 29 октября 1923 вышла замуж за Макса Гаппе, она жила вместе с родителями в берлинском районе Фридрихсхайн на улице Коппенштрассе, 75. После свадьбы она переехала с мужем в Нижнюю Силезию в город Швейдниц. Там они поселились на улице Купфершмидештрассе 6. Макс занимался торговлей, а Адель работала бухгалтером. Через год после их свадьбы родился их первый ребенок: Ильзе Гаппе появилась на свет 24 сентября 1924 года. Спустя четыре года родилась её сестра Руфь. Они обе появились на свет в ближайшей еврейской больнице в Бреслау, потому что в Швейднице в то время соответствующее учреждение отсутствовало.

Этот город носит теперь польское название Свидница и был уже в средние века известным местом поселения евреев. Тем не менее, они издавна подвергались антисемитским нападкам: в 1457 году по указу короля Богемии Ладислава Постума когда-то цветущая еврейская община прекратила свое существование, а евреям было запрещено селиться в стенах города. Лишь в 1799 году в Швейднице снова поселился еврейский житель. В 19 веке количество еврейских семей в городе постоянно росло. На момент образования рейха в 1871 году там снова проживали 60 еврейских семей, была построена синагога, расширилось еврейское кладбище. Однако антисемитизм остался неизменным. Так, в феврале 1918 года на одном из заседаний собрания городских депутатов был поднят вопрос о повышении жалования иудейскому проповеднику, который вел урок религии в гимназии. Депутат городского собрания д-р Макс Герцог, выйдя из себя, заявил, что город совершенно не заинтересован в том, чтобы оплачивать проповедование прогнившей этики и морали иудаизма. Он настаивал на том, что город ни в коем случае не должен финансировать распространения этой морали за счет собственных средств. В конце заседание повышение расходов на проведение учебных занятий, тем не менее, было принято. Во времена Веймарской Республики доля еврейского населения в городе снова сократилась. Если в 1925 году в Швейднице проживало 130 евреев обоего пола, то в 1927 году уже 123, а в 1933 – лишь 114. Они были заняты главным образов в сфере торговли и ремесел. Среди них был и Макс Гаппе. Но с приходом к власти Адольфа Гитлера работать становилось все трудней: 1 апреля 1933 года по всему рейху был объявлен бойкот еврейских магазинов, и процветанию еврейской торговли в городе в одночасье пришел конец. На зданиях еврейских школ и на дверях врачебных кабинетов, где практиковали врачи-евреи, появились вывески »Этот врач - еврей« или »В этой школе преподают учителя-евреи«. 5 апреля 1933 года в Швейднице прошли первые аресты учителей-евреев. Некоторые еврейские семьи уехали из родного города и перебрались в Берлин. С принятием в 1935 году антисемитских »Нюрнбергских законов« поток переселенцев только усилился. К 1937 году количество евреев сократилось в городе до 49 человек.

Политика грубейшего антисемитизма достигла по всей стране своей высшей трагической точки 9-10 ноября 1938 года. Это не обошло стороной и семью Гаппе. Макса Гаппе арестовали в Швейднице и отправили в концентрационный лагерь Бухенвальд. В это время в городе были опустошены многие магазины, принадлежавшие евреям, сожжена синагога, осквернены могилы на еврейском кладбище. Адель Гаппе боялась, что её дети могут разделить судьбу отца, и отправила своих дочерей Рут и Ильзу, 10 и 14 лет, к тете Йохане и её мужу Арнольду Зандхаус (* 15. 11. 1900 в Пшемысле/Польша) в голландский Маастрихт. Йохана Хоффнунг вышла замуж 19 декабря 1929 года предположительно в Берлине. Её муж был коммерсантом. С 1931 по 1933 год они жили в Шёнеберге на улице Баумайстерштрассе 2а. 5 мая 1938 года они эмигрировали в Голландию и поселились в Маастрихте на улице Шарнервег 5.

Макса Гаппе выпустили из концлагеря зимой 1938/39 года. Он вернулся к жене, которая в то время жила в Бреслау в 50 километрах от Швейдница. Заключение подтолкнуло Макса Гаппе к принятию решения покинуть Германию. В начале июля 1939 года он отправился в Шанхай. Этот город был для многих отчаявшихся евреев их последней надеждой, так как для въезда не требовалась виза. Вероятно, Макс Гаппе столкнулся там с ужасными условиями: китайские власти не были готовы к такому большому наплыву беженцев из Германии, мест проживания для приезжих не хватало, санитарные условия в лагере беженцев не отвечали необходимым требованиям. Тем не менее, Макс Гаппе изначально планировал как можно скорее перевезти в Шанхай своих дочерей и жену Адель. У него уже был готов семейный паспорт. В одном из своих писем Макс Гаппе вспоминает: »Оказалось, что быстро перевезти семью очень трудно. Дети были в Голландии. Жену нельзя было оставлять одну в Европе. Да и она сама этого не хотела. Устроить ей быстрый отъезд, как это получилось у меня, практически невозможно.« (ЛАБО Берлин, компенсационный акт № 355.639 (Рут Гаппе), л. М7.)

Адель вернулась в Берлин. Она стала жить у овдовевшего отца, Самуила Хоффнунга. Его жена Доротея тяжело болела диабетом и умерла в Маастрихте 22 июля 1934 года. Отец вскоре повторно женился на Адели, урожденной Кжещны (* 3. 4. 1880). Она жила в берлинском районе Фридрихсхайн на улице Браунен-Вег 41. Весной 1941 года правительство рейха приняло постановление, что все еврейские дети в возрасте до 15 лет, находившиеся в оккупированной Голландии, должны в обязательном порядке вернуться в их семьи в Германию. Таким образом, Рут Гаппе приехала в апреле 1941 года к своей матери и дедушке Самуилу в Берлин. Ильзе Гаппе осталась у тети Йоханы Зандхауз в Маастрихте.

Адель Гаппе по специальности была бухгалтером, но устроиться на работу в Берлине она не смогла. Вместо этого она оказалась на принудительных работах на предприятии Курта Зайделя в Шёнеберге на улице Бюловштрассе 66. Ей пришлось заниматься пошивом военной формы для национал-социалистов. 23 июля 1941 года, вскоре после возвращения в Берлин дочери Рут, в еврейской больнице умер отец Адели Самуил Хоффнунг. С этого времени Адель и её дочь могли рассчитывать только на себя. Сестры Йохана, Шарлотта и Роза эмигрировали. Роза уже была замужем - она стала носить фамилию Херкус  - и еще в начале 1935 года эмигрировала из Германии в Палестину. До отъезда она жила в Щвейднице у её тети Фредерики Элизы Тышлер. Неизвестно, поддерживала ли Роза в 1941 году контакты с матерью. Йохана Зандхауз была отправлена 22 декабря 1943 года в концлагерь в Нойштадте. Она пережила войну. Её муж, вероятно, погиб в концлагере Маутхаузен 3 марта 1945 года. Наконец, Йохана 23 декабря 1952 года переехала в Сан-Франциско и там вышла замуж за Вернера Германна. Она умерла в Сан-Франциско 15 мая 1973 года. О судьбе Шарлотты Шварц известно очень мало. Она тоже эмигрировала в Палестину. В память об отце Самуэле Хоффнунге она установила камень в национальном мемориале Яд-Вашем. Вероятно, она не знала о том, что он умер в еврейской больнице в Берлине, и предполагала, что его депортировали.

Макс Гаппе до ноября 1941 года еще переписывался с женой Адель и, вероятно, из её писем узнал, что с 19 сентября 1941 года они с дочерью должны были в обязательном порядке носить так называемую »еврейскую звезду«, что значительно ограничивало их возможности передвигаться по городу. Экономическое положение его любимых тоже резко ухудшилось с конца 1941 года. Из Бреслау Адель Гаппе привезла с собой в Берлин очень мало вещей, да и то их большую часть она должна была сдать в финансовой ведомство. В письме от 29 декабря 1943 года говорится о том, что за эти вещи семья Гаппе получила всего 244,35 рейхсмарки. Впоследствии Адель Гаппе старалась ничем лишним не обзаводиться. В документах берлинского финансового ведомства нашлась запись от 13 ноября 1941 года о том, что у неё были два чемодана, разные инструменты и легкое летнее пальто, а их общая стоимость соответствовала в то время размеру её последней месячной зарплаты. Спустя всего один день после того, как Адель Гаппе заполнила этот формуляр, её вместе с 13-летней дочерью и с второй женой отца Адель Хоффнунг арестовали в их берлинской квартире на улице Браунен-Вег 41 и отправили в Минск. Их дальнейшая судьба неизвестна.

Однажды в Шанхае в декабре 1941 года Макс Гаппе получил открытку от своего шурина Йозефа Шриммера, который жил в берлинском районе Пренцлау. Из неё он узнал о депортации жены и младшей дочери Рут. Спустя несколько месяцев, в июле 1942 года, из Маастрихта была депортирована и его вторая дочь, Ильзе Гаппе. Она погибла в Освенциме 14 сентября 1942 года. После окончания войны Макс Гаппе вернулся в Бреслау. Вероятно, он надеялся, что его жена и дети выжили. В начале 1950-х годов он, наконец, переехал в Израиль и поселился в Хайфе.

Составительница Йёрдис Людке