Д-р Теодор (Нафтали) Левенсон (Лёвензон) (Dr. Theodor (Naftali) Lewensohn (Löwensohn)), род. 30.3.1886 г. в Бергедорфе, депортирован 8.11.1941 г. в Минск

Заксентор 38, в прошлом Заксенштрассе, также Гроссештрасе (Sachsentor 38 ehemals Sachsenstraße bzw.Großestraße)

Берта Левенсон (Лёвензон) (Bertha Lewensohn (Löwensohn)), урожд. Михельсон, род. 27.1.1861 г. в Бауске (Латвия),15.7.1942 г. депортирована в Терезиенштадт, 21.9.1942 г. депортирована в лагерь смерти в Треблинку

Изештрассе 50

Ирма Фридлендер (Irma Friedländer), урожд. Левенсон (Лёвензон) (Lewensohn (Löwensohn)), род. 13.6.1889 г. в Бергедорфе, депортирована 25.10.1941 г. в Лодзь,15.5.1942 г. депортирована в лагерь смерти Хелмно

Заксентор 38 (Sachsentor 38)

Бригитте Фридлендер (Brigitte Friedländer), род. 30.4.1922 г. в Гамбурге, депортирована 25.10.1941 г. в Лодзь, 15.5.1942 г. депортирована в лагерь смерти Хелмно Одерфельдерштрассе 9 (Oderfelderstraße 9)

Брат Нафтали (1886 г.), сестры Ирма (1889 г.) и Грета (1894 г.) Левенсон родились в Бергедорфе, недалеко от Гамбурга. С течением времени Бергедорф превратился из «полусельского городка» в промышленный пригород Гамбурга. Здесь построили стекольный завод, фабрику по производству мебели из ротанга, сахарный завод, фабрику эмали, металлургический и асбестовый заводы. По соседству с рабочим районом здесь располагался район среднего класса с добротными домами и великолепными виллами. К этому времени население города подросло до 5000 человек. В адресных книгах 1884 – 1885 гг. не упоминаются жители с фамилией Левенсон или Лёвензон.

С 1886 г. по 1892 г. появляется запись «Л. Р. Лёвензон, мануфактура, Заксенштрассе 12». Так как имя встречается довольно редко, можно предположить, что речь идет о Роберте Левенсоне (1859-1923), отце Теодора (Нафтали) и Ирмы, который, по-видимому, переехал в город вместе с женой Бертой в конце 1885 года. Берта (Брейн) Левенсон, урожд. Михельсон, родилась 27 января 1861 г. в городе Бауска (Латвия), в 70 км к югу от Риги. Предположительно в 1884/1885 гг. она вышла замуж за Роберта Левенсона, который родился в местечке Елгава/Митау, в 50 км от Бауски.

Оба городка располагались в герцогстве Курляндском, которое с 1795 года принадлежало царской России, но в котором, однако, до 1914 года доминировали выходцы из немецко-балтийских дворянских родов.

Бергедорф обладал определенной автономией, но подчинялся административной управе Гамбурга. Это позволяло гражданам Бергедорфа становиться гражданами Гамбурга. В гражданском регистре отмечено, что 17 июня 1892 года Роберт Левенсон приобрел гамбургское гражданство; в графе профессия было отмечено «торговец мануфактурными товарами». Необходимым условием для получения гражданства был стабильный, гарантированный доход на протяжении нескольких лет. В адресной книге Бергедорфа за 1894 год имеется запись «Р. Лёвензон, торговец одеждой, Гроссештрассе 38». С 1895 по 1897 называется адрес «Хольстенштрассе 7».

И эти записи, судя по всему, относятся к отцу. Число жителей Бергедорфа возросло между тем до 9000. В Бергедорфе Теодор Левенсон посещал реальную гимназию -«ганзейскую школу» - на Венторферштрассе в течение 7 лет. В 1900 году семья переехала в Гамбург, где Роберт Левенсон открыл магазин, как и до этого в Бергедорфе.

С 1913 по 1920 гг. известен домашний адрес - Зонненау 3 в районе Айльбек. Самое позднее с 1913 года подтверждается членство Роберта Левенсона в немецко-еврейской общине Гамбурга. Предположительно с 1920 по 1922 гг. у него был «магазин хозяйственных товаров» на Вандсбекер шоссе 1 (в Айльбеке).

 Теодор Левенсон посещал престижную гимназию им. Вильгельма («Wilhelm-Gymnasium») в районе Ротербаум, которую закончил как раз на Пасху 1905 года. Он решил изучать юриспруденцию, и был зачислен в университет Фрайбурга (летний семестр 1905 г.), Мюнхена (зимний семестр 1905/06 гг.) и Берлина (с летнего семестра 1906 г.). После того, как ему не удалось сдать первый юридический госэкзамен, он год отслужил на военной службе (1910/11 гг.) в Киле, в батальоне морской пехоты, а затем изучал медицину в Берлине вплоть до начала Первой мировой войны.

Во время войны он был ефрейтером санитарных частей батальона морской пехоты Куксхафена, а после того, как выучился на кожного врача, работал в военно-морском госпитале фельдшером. В 1917 году, после апробации, он нес службу у берегов Фландрии в 1-ом морском полку. Его младшая сестра Грета зарегистрировалась в январе 1916 года в Айльбеке, по родительскому адресу (Любекерштрассе 78), как частница, «продавщица кухонной и домашней утвари, стеклянных и фарфоровых товаров».

После войны Теодор Левенсон защитил кандидатскую диссертацию в университете Ростока. В 1919 году была опубликована его 49-страничная научная работа под названием «Случай непроизвольного нервного тика вследствие прыжка с парашютом наблюдателя-воздухоплавателя; к вопросу военных неврозов».

Первая мировая война, вследствие применения неизвестных ранее материалов и техник ведения боя, как, например, воздушной разведки на пилотируемых воздушных шарах и прыжков с парашютом, оставила после себя массу травмированных солдат. И в этих условиях Теодор Левенсон, посвятивший себя изучению военных травм и анализу ущерба с медицинской точки зрения оказался не на стороне тех, кто патриотически славил войну.

Предположительно, он занимался исследованиями военных неврозов в «Клинике нервных болезней больницы Святого Георгия в Гамбурге» под руководством главного врача, проф. др. Альфреда Зенгера. С этого времени у него, похоже, наладились хорошие отношения с врачами этой больницы, которые положительно скажутся на судьбе Теодора Левенсона в последующие десять лет. Несмотря на проведенную работу по изучению военных неврозов и написание диссертации, он не стал специализироваться по направлению неврологии или психологии. С 1919 года Теодор Левенсон занесен в телефонную книгу Гамбурга как «специалист по кожным и венерическим болезням» с собственной практикой в Айльбеке. Первоначально практика находилась по тому же адресу, что и магазин отца на Вандсбекер шоссе 1 (1919-1920 гг.), затем была перенесена на Генземаркт 43 (1921 г.), а в дальнейшем - на Реепербан 159, в район Санкт-Паули (1922-1926 гг.).

Неженатый Теодор Левенсон продолжал жить с родителями в Гамбурге. В августе 1923 года умер отец в квартире на Изештрассе 50. Два года спустя, будучи уже 39-летним Теодор Левенсон вступил в немецко-еврейскую общину Гамбурга. Примерно тогда же начала развиваться его болезнь.

Позже в заведенной в государственной больнице Лангенхорн медицинской карте начало заболевания Теодора Левенсона описывалось следующим образом: « В конце 1925 г. наступило нервное расстройство, он стал терять ориентацию, например, не мог найти портового врача и заблудился». С 1926 по 1928 г. он провел в общей сложности 12 месяцев на добровольном лечении в психиатрической больнице «Фридрихсберг» (курс прививок малярии, курс лечения висмутом и сальварсаном). Прививки малярии и применение содержащего мышьяк препарата сальварсан указывают на заболевание сифилисом.

С июня 1928 года «при посредничестве д-ра Майеруса (…) он работал в лаборатории в больнице Святого Георгия в качестве врача-добровольца». У невролога Карла Майеруса, кроме того, с 1920 по 1939 год была практика на Вандсбекер шоссе 1, вероятно, он уже давно был знаком с Теодором Левенсоном, как коллегой. В конце 1929 года Теодора Левенсона сократили, его ставка закрылась. До 1933 года он жил у своей матери Берты Левенсон, урожд. Михельсон, в в Бергедорфе на Мельдорферштрассе 15, в бельэтаже.

3 января 1933 года он поступил в стационар больницы Лангенхорн и через десять дней был переведен на станцию интенсивной терапии. В медицинской карте его болезнь была обозначена как "прогрессивный паралич с незначительными периодами ремиссии», распространенный в те времена термин, означавший последствия запущенного сифилиса. После начала работы национал-социалистического сената в Гамбурге 8 марта 1933 года нацистской идеологии был подчинен и государственный госпиталь Лангенхорн. Для проведения «принципов евгеники» в жизнь были разработаны специальные учетные карточки, чтобы эффективно и в большом масштабе провести селекцию «единого немецкого народа» в соответствии с национал-социалистической идеологией.

Сознательно был ухудшен уход за психически больными пациентами и повышена вместимость стационара, что привело к увеличению смертности. В мае 1937 года диагноз Теодора Левенсона звучал как «эйфорическое состояние на фоне слабоумия, без изменений». Так как социальное разделение на «арийцев» и «евреев» распространялось и на душевнобольных, Теодору Левенсону не дозволено было дольше оставаться в больнице Лангехорн. В сентябре 1940 года он был расквартирован в школе еврейской общины в гамбургском пригороде Альтона (на Грюнештрассе 5), которая в ходе подготовки к массовым депортациям была объявлена «еврейским домом». То есть, речь шла уже не о размещении психически больного человека, а о его изоляции с целью дальнейшей принудительной депортации из германского рейха.

Из «еврейского дома» 8 ноября 1941 года он был доставлен на сборный пункт депортируемых и оттуда отправлен в Минское гетто. Чтобы освободить место для евреев, вывозимых из рейха, эсэсовцы накануне, 7 ноября 1941 года, умертвили 12000 жителей гетто. Когда поезд из Гамбурга прибыл в Минск, 10 ноября 1941 года, новые поселенцы обнаружили в выделенных им домах трупы расстрелянных белорусских евреев. Для новичков это был шок, они полагали, что едут «колонизировать» восточные земли. Голод и болезни приводили к высокой смертности в гетто. Последние евреи из Гамбурга, отправленные поездом 8 ноября 1941 года, были убиты 8 мая 1943 года. При каких обстоятельствах погиб Теодор Левенсон, неизвестно.

Написание его фамилии варьируется. Сначала она писалась как «Левисон» (в гимназии), потом «Левенсон» (в студенческих табелях университетов Фрайбурга и Мюнхена и еврейской налоговой карточке) и в последние годы как «Лёвензон» (в медицинской карте). Имя также было изменено с «Нафтали» (средняя школа, студенческие табели из Фрайбурга и Мюнхена) на «Теодор». Перед 1923 годом, следуя пометке на свидетельстве о смерти отца, должно было произойти изменение имени Нафтали / Теодора Левенсона, которое, однако, не подтверждается органами ЗАГС г. Гамбурга. Изменил ли Теодор Левенсон имя во время учебы в университете, или в документах просто закрепилось привычное произношение, неясно.

Сестра Теодора Ирма Левенсон в рождественские дни 1912 года вышла замуж за адвоката д-ра Герберта Фридлендера (1884 – 1942), который с 1911 года держал адвокатскую контору в Гамбурге. С 1918 года семья, которая на тот момент состояла уже из четырех человек, проживала на Одерфельдерштрассе 9, в престижном районе Харвестехуде. В 1928/1929 гг. они переехали в дом 17 на той же улице. С конца 20-х гг. домашний адрес и адрес адвокатской конторы многократно менялись, после прихода к власти национал-социалистов – каждые один-два года: Винтерхудер Марктплац 2 (1933 г.), Хайнштрассе 21 (1935-1936 гг.), Лоогештиг 10 (1937-1938 гг.) и Хайнштрассе 7 (август 1938 – 1940 гг.). С 1929 по 1938 гг. адвокатская контора, согласно документам, сменила шесть адресов в пределах Гамбурга.

В 1935 году Герберт Фридлендер вступил в еврейскую общину. Летом 1938 года он ликвидировал свою адвокатскую контору. Уже в апреле 1938 года он готовился к эмиграции и подал заявление на оформление загранпаспорта. 27 апреля 1938 года его пригласили на собеседование в валютное управление, на котором, согласно официальному протоколу, Герберт Фридлендер признался, что не видит сейчас никакой возможности для эмиграции, так как нет никакой перспективы начать собственное дело за границей. Значила ли подобная формулировка завуалированный отказ властей, остается только догадываться. Предположительно, в октябре 1939 года он снова попытался получить загранпаспорт.

Сотрудники отдела R4 валютного управления трезво оценил возможные негативные экономические последствия для рейха: «Доктор юридических наук Герберт Фридлендер, до лета 1938 года адвокат, хочет получить загранпаспорт для ознакомительной поездки в Колумбию. Он утверждает, что вернется, как только получит разрешение на проживание и открытие практики. Фридлендер имеет большие долги. Маловероятно, что он сможет дважды оплатить поездку. Поэтому заявление в любом случае следует направить для дальнейшего рассмотрения. И ко всем остальным заявлениям Фридлендера следует относится с (…) осторожностью». И все же ему удалось получить загранпаспорт, и в апреле 1940 года он отбыл в Геную, а оттуда дальше в Нью-Йорк.

Уже в феврале 1939 года его сын Харальд Фридлендер (род.1917 г.) выехал в Англию. Харальд Фридлендер взял себе сходно звучащее английское имя, возможно, из-за участия в войне, и позже переехал в Канаду. Старшая дочь Ингеборг Фридлендер (род.1915 г.) выучилась на социальную работницу и еще в 1933 году эмигрировала в Бразилию; с 1940 года она жила в Соединенных Штатах.

Ирма Фридлендер с младшей дочерью Бригиттой продолжала проживать на Хайнштрассе 7 в Эппендорфе, в так называемом «еврейском доме». Систематические грабежи семьи, выдаваемые за «налог на имущество евреев», «переселенческий налог» и «налог с консультантов» (действовал для еврейских адвокатов), поставили ее членов в положение просителей по отношению к государству и родственникам.

Денег, срочно необходимых для оплаты билета на пароход в Америку и требующихся для подтверждения собственного капитала для получения вида на жительство, Ирма и Бригитта Фридлендер в германском рейхе сыскать не могли.

На налоговой карточке Ирмы Фридлендер в 1941 году появилась рукописная пометка: «Никаких доходов, никаких накоплений, живет в (...)общине, пользуясь бесплатным проживанием и питанием». До лета 1941 года Ирма Фридлендер и ее уехавшая в США дочь переписывались еженедельно. Под конец мать послала открытку мужу, в которой сообщила о предстоящей депортации.

25 октября 1941 года они с дочерью были отправлены из Гамбурга вместе с первой группой депортируемых в Лодзинское гетто и расквартированы там по адресу Хоенштайнер штрассе 43/45.19-летняя Бригитта Фридлендер была занята на садово-полевых работах; была ли работа у ее 52-летней матери – сомнительно. Все имущество из квартиры в Гамбурге было конфисковано в пользу фашистского государства и продано на аукционе. Ингеборг Фридлендер пыталась получить сведения о месте пребывания своей матери через американский Красный Крест. Ей только удалось узнать, что Ирма и Бригитта были депортированы на восток.

2 мая 1942 года Бригитта Фридлендер пыталась получить отсрочку перед предстоящим «выселением» из Лодзинского гетто для себя и своей матери, мотивируя это тем, что в гетто у нее была работа. Просьба была отклонена; 15 мая 1942 года обе были депортированы в находящийся в 70 км от Лодзи лагерь смерти Хелмно. Точные даты смерти Ирмы и Бригитты Фридлендер неизвестны. По решению районного суда, впоследствии, они были "объявлены мертвыми на конец 1945 года". В память Бригитты Фридлендер будет установлен «камень преткновения» на улице Одерфельдерштрассе 9, где она провела первые семь лет своей жизни.

Вынужденная эмиграция в США, в то время как жена и дочь должны были остаться в Германии, подорвала душевные силы Герберта Фридлендера. После получения известия о депортации жены и младшей дочери он перенес инсульт, от последствий которого скончался в Бостоне 19 мая 1942.

Летом 1939 года вдовая Берта Левенсон, мать Теодора, Ирмы и Греты, переехала из квартиры на Изештрассе 50 (Харвестехуде) в Эппендорф, на Хайнштрассе 5. Она снимала жилье в субаренду у Курта ван дер Вальде. Этот дом позже тоже стал «еврейским домом». По соседству еще жила ее дочь Ирма Фридлендер с мужем и двумя дочерьми. Национал-социалистические чиновники переселили Берту Левенсон, вероятно, уже осенью 1939 года в еврейский дом престарелых на Зеданштрассе 23 (в Ротербауме). Два года спустя в качестве «еврейского дома» он стал частью логистической системы при организации депортаций.

15 июля 1942 года она была депортирована в гетто Терезиенштадт, а 21 сентября 1942 года «транспортом Bp» как № 1497 дальше - в лагерь смерти Треблинку, где была убита.

Грета Левенсон (род. 31.12.1894) вышла замуж за берлинского преподавателя и врача д-ра Ганса Вальтера Клейнманна (1895-1950). Вместе они эмигрировали в Чили. В 1954 году Грета вернулась в Гамбург.

© Бьерн Еггерт (Björn Eggert)

Данные биографии были составлены в рамках проекта «Камни преткновения в Гамбурге – поиск биографических следов» под руководством Др. Риты Баке (региональный центр политического образования в Гамбурге/ Dr. Rita Bake, Landeszentrale für politische Bildung, Hamburg) и Др. Беаты Мейер (Институт истории немецких евреев в Гамбурге/ Dr. Beate Meyer, Institut für die Geschichte der deutschen Juden, Hamburg).